Как делают операцию по глаукоме

Глаукома – это хроническое заболевание глаз, при котором нарушен отток глазной жидкости, что приводит к резкому увеличению внутриглазного давления, отмиранию глазного нерва и, как следствие, к частичной или полной потере зрения. Все зависит, на какой стадии болезнь была выявлена и начато соответствующее лечение – медикаментозное или оперативное.

Такой диагноз поставили и мне. Года три я лечил больной глаз каплями, которые прописал мне врач, но недавно они перестали мне помогать. Давление превысило норму, и меня в конце декабря прошлого года направили на операцию в Москву, в МНТК «Микрохирургия глаза» им. Святослава Федорова. Для жителей Подмосковья это бесплатно.

Положили в пятницу, а уже в понедельник прооперировали. Есть перед операцией запретили, но так как питание в клинике довольно приличное, к тому же на завтрак давали бутерброды с красной икрой (вспомним с горечью нашу Районную больницу), то мы с коллегами по несчастью не удержались и слегка нарушили предписание.

Перед операцией нас переодели в специальную униформу, состоящую из широких брюк и просторной рубахи, и повезли на 8 этаж, где располагается операционный блок. В коридоре ждала сидячая очередь. Одетые в зеленые рубахи – на операцию катаракты, в синие, как у нас, – на операцию глаукомы.

Мучительно ждем. Внутри, естественно, все напряжено. Очко, как говорится, не железное. Все-таки операция на глазу – это не укол в ягодицу.

Наконец из операционной выходит врач и называет мою фамилию. Я усаживаюсь в мобильное кресло, и он закапывает мне дезинфицирующие капли. Сижу, снова жду.

Вот отодвигается стеклянная дверь в операционный бокс, откуда с периодичностью в 15-20 минут вывозят сидящих в креслах прооперированных пациентов с заклеенным марлей глазом, и везут меня…

В операционном блоке справа и слева темные кушетки. По центру громоздятся мощные высокие станки с микроскопами, похожие на рентгеновские аппараты. Вокруг люди в темноцветных комбинезонах. Врачи и медсестры.

Меня укладывают на правую кушетку. Слева, слышу, кому-то вставляют в глаз искусственный хрусталик – значит, оперируют катаракту. А у нас – глаукому.

Мой хирург – кандидат медицинских наук Юрий Эдуардович Нерсесов, могучий мужчина интеллигентного вида.

Меня укладывают на спину, головой в фиксирующий обруч. Руки свободно лежат вдоль тела. В левую кисть вонзают иголку от капельницы, на указательный палец правой руки натягивают резиновый набалдашник датчика кардиограммы. Лицо накрывают специальным покрывалом с отверстием под оперируемый глаз. Жду с покорностью фаталиста.

Мне делают два укола рядом с глазом. Терпимо. Обезболивающая заморозка. В глазницу что-то вставляют.

А дальше начинается операция. Врач говорит: «Помогите мне. Смотрите вниз и влево». Я отвечаю: «Да» и пытаюсь следить за своим зрачком, но он все время куда-то уплывает. Я снова судорожно опускаю его вниз. Эта борьба занимает все мое сознание.

Чувствую, как скальпель разрезает мою плоть, готовя каналы для оттока внутриглазной жидкости. Именно засорение этих каналов и повышает внутриглазное давление, давящее на зрительный нерв и постепенно убивающее его. Глазной нерв отмирает – зрение падает – это и есть глаукома. Цель операции – прорезать новые каналы для оттока жидкости.

Боли не чувствую совершенно. Только ощущаю сильные и точные движения инструмента в руках хирурга, делающего сегодня четырнадцатую (!) подряд операцию.

В конце мне делают еще один укол. Операция окончена. Она заняла, думаю, как и у других, 15-20 минут. И она не страшнее пломбировки зуба в кабинете стоматолога. Слышу голос Юрия Эдуардовича: «Все. Операция прошла успешно. Вставайте». Сил поблагодарить нет. Об этом вспоминаю только позже.

Меня снова усаживают в кресло и вывозят в коридор. На прооперированном глазу повязка, в руках история болезни. Медсестра оттаскивает кресло к лифту, и мы спускаемся на этаж отделения глаукомы. В душе покой и удовлетворение, что все уже позади.

На следующий день меня выписывают.

Через два дня я снова приезжаю в институт на врачебную комиссию. Там нас осматривает представитель страховой медицинской компании. Если операция проведена успешно, компания оплачивает институту операцию. Если нет – соответственно, тоже нет. Мою операцию признают успешной. Еще месяц нужно закапывать специальные капли, и о болезни можно забыть. Но раз в три месяца проверять давление. На всякий случай…

Эх, если бы операцию сделать пораньше, на более ранней стадии болезни! Об этом я говорю при встрече с Юрием Эдуардовичем, с которым заранее договорился об интервью.

14 операций в день

– Вы знаете, это количество не всегда такое. Это связано с тем, что в клинике был последний операционный день перед Новым годом. Обычно же операций у меня бывает десять-одиннадцать в день. Это, конечно, не намного меньше, но мы привыкли так работать. За все годы, что я работаю в МНТК, это средняя норма.

– Я пришел в Московскую лабораторию экспериментальной клинической хирургии глаза с клиникой под руководством профессора Святослава Федорова сразу после окончания 1-го Московского медицинского института в 1975 году. Два года я учился в ординатуре, а потом стал уже штатным сотрудником.

– Трудно сказать, потому что в разные годы проводилось разное количество операций. Я начинал работать под непосредственным руководством Святослава Николаевича, в его бригаде. Тогда была совсем другая техника хирургии катаракты и глаукомы и времени на проведение одной операции требовалось несравнимо больше.

Но время шло, и изменения происходили прямо у меня перед глазами. Сейчас техника и технологии операций изменились радикально. Сегодня вся глазная хирургия – это хирургия на микроуровне. Даже операции на стекловидном теле, операции по замене хрусталика проводятся только через минимальные разрезы, которые в последующем не требуют наложения швов. Поэтому и количество операций различное. Оно выросло.

Сейчас я делаю в год порядка восьмисот-девятисот операций. Вот и считайте.

– Да, в основном это жители Подмосковья и москвичи, они лечатся бесплатно, по ОМС.

– Да, и в этом отношении пациентам из Московской области особенно повезло, потому что все операции, включая и антиглаукоматозные, и по замене хрусталика, проводятся для них абсолютно бесплатно.

– Если я оперирую по пятницам, а это происходит уже на протяжении порядка десяти лет, то утром в субботу я обязательно приезжаю в клинику, чтобы посмотреть, как чувствуют себя мои пациенты. Я уже как-то привык…

– Ну, в воскресенье-то выходной есть и половинка субботы…

– Нет, машины есть практически у каждого сотрудника института, и это не мешает. Что же касается потребления горячительных напитков, то тут, конечно, все очень и очень ограничено. Тут помогает внутренняя дисциплина. И наши хирурги, которые много и качественно оперируют, в общем-то, не любители алкоголя. Они больше занимаются спортом, оздоровительными процедурами и т.п.

ГЛАУКОМА, КАК СИФИЛИС, НЕ ВЫЛЕЧИВАЕТСЯ

– Возможно, это не совсем корректное сравнение, но я бы сравнил глаукому с сифилисом. Она, так же как и сифилис, не вылечивается, а ЗАлечивается (смеемся). Поэтому разговор о том, что глаукома не лечится, – это устаревшее представление. Сейчас метод лечения – это так называемая непроникающая хирургия. То есть мы не входим в полость глаза, мы работаем на той зоне, где имеется препятствие оттоку жидкости из глаза. Это минимальные величины, и выполнение таких тонких операций возможно только под микроскопом. И они не несут в себе никаких осложнений – ни во время операции, ни в послеоперационный период.

Наша задача – остановить процесс болезни, «заморозить» ситуацию со зрением на том уровне, какой был до операции. Поэтому чаще всего пациенты как видели до операции, так они и видят после нее.

Но вот повернуть процесс вспять мы не можем, потому что отмершие в процессе болезни волокна зрительного нерва не восстанавливаются.

– Это зависит от сложности заболевания. Если оно на начальной стадии, без изменений полей зрения, при умеренном повышении внутриглазного давления – то тогда можно провести лазерную антиглаукоматозную операцию. А там, где ситуация запущенная, используют скальпель.

Плюс лазерная операция проводится в случае узкоугольной глаукомы. Это частный случай глаукомы. Есть и другие случаи применения лазера.

– Считается, что результат операции глаукомы может иметь для пациента три исхода. 1. Человек уже никогда не будет делать повторных операций и закапывать капли, снижающие внутриглазное давление. 2. Повторная операция не нужна, но капли надо будет капать до конца жизни. 3. Нужна повторная операция, а иногда и не одна с периодичностью года в два. Это так?

– В принципе, все три пункта имеют место быть. И все зависит, в какой стадии развития болезни оперируется пациент. Конечно, влияют и возрастные параметры, особенно сопутствующие пожилому возрасту сердечно-сосудистые заболевания и диабет. Довольно много больных имеют на фоне диабета повышение внутриглазного давления. Мы это учитываем.

О процентах. Если делать операцию глаукомы на начальной стадии ее развития, то, по статистике, благоприятный исход наблюдается в районе 85-90 процентов случаев.

С более запущенной стадией болезни процент, конечно, уменьшается. И при запущенных стадиях процент успешных операций составляет где-то около 60 процентов.

Это статистика нашего отделения, нашего института. В других клиниках методы лечения могут быть другими и, соответственно, статистика будет своя.

– Вы понимаете, в чем дело – в любой хирургии стопроцентного результата никогда не бывает. Поэтому, конечно же, существует определенный процент – замечу, очень мизерный процент – возникновения каких-либо ситуаций, при которых либо операция не выполнена в том плане, в котором она должна была быть выполнена, либо результат непосредственно после хирургического вмешательства не удовлетворяет ни пациента, ни самого хирурга. Но с ростом медицинских технологий этот процент уменьшается.

Почему мы ратуем сегодня за раннюю хирургию? Потому что меняются технологии, появляются современные методы, – например, с применением дренирующих устройств, которые пролонгируют положительный результат операции. И вообще – чем меньше объем хирургического вмешательства, тем меньше ответ организма на это вмешательство. Тем меньше всевозможных процессов, которые могут привести к снижению эффективности проведенной операции.

Кроме того, бывают случаи с предварительным отягощенным состоянием глаза – это травмы, ранения, близорукость в высокой степени (выше 6 диоптрий) и т.п. Это тоже влияет на конечный результат операции.

– Я всегда считал, что нет двух одинаковых операций, так же как нет двух абсолютно одинаковых пациентов. У каждого больного есть какое-то свое отличие, своя индивидуальность – и в человеческом плане, и в плане отличия его заболевания. Поэтому я не считаю, что это такая же рутинная однообразная работа, как заколачивание гвоздей. Это все-таки творческий труд.

– В той или иной степени да. К тому же вы, наверное, заметили, что мы обязательно встречаемся с пациентами до операции, осматриваем их, изучаем анализы, другие данные их обследования, которые позволяют нам уже на подготовительном этапе приблизительно прикинуть план будущей операции.

– Нет, обычно в голове.

– Вы знаете, когда я пришел сюда работать, то первые годы я настолько был увлечен всем этим, потому что студенческие годы, по сравнению с тем, что я здесь увидел, – это совсем другое. То, что делал профессор Федоров – например, установка искусственного хрусталика при лечении катаракты, в советское время многими светилами медицинской науки категорически отвергалось. И Святослава Николаевича в те годы просто заклевывали коллеги, которые считали, что он ставит инородное тело, что он портит глаза.

До сих пор эти люди живы и занимают большие посты в медицинской науке, только они уже несколько поменяли свое отношение к тому, что сделал Святослав Николаевич, потому что жизнь сама показала, кто был прав. И мне тоже приятно, что я имел и имею отношение ко всему этому делу.

– Техника основных операций – она что в России, что за рубежом практически одинакова, стандартна. Даже приборы мы используем одни и те же. То же самое и при проведении других операций. Единственное отличие – у нас лечение почти наверняка дешевле…

– Меня учили в институте, когда мы проходили курс глазных болезней, что абсолютно все люди после 40-45 лет должны периодически измерять внутриглазное давление, следить за состоянием своего здоровья. Хотя, конечно же, я голову даю на отсечение (грустно улыбается), что большинство из этих людей никогда не пойдут в больницу сидеть многочасовую очередь к окулисту, если у них ничего не болит.

Но все-таки к своему здоровью нужно относиться достаточно серьезно. И если появились какие-то дискомфортные признаки – например, затуманенность зрения, то это уже ярко выраженный симптом заболевания глаукомой, когда идет отек роговой оболочки. Это означает очень сильное повышение внутриглазного давления. И тут надо незамедлительно обращаться к врачу.

«Вы что? – удивляется медсестра. – Укол в глаз!»

Обычный укол рядом с глазом, по-видимому, дезинфицирующий. Не больно. Но, выходя из кабинета, мрачно говорю ожидающим скандальным старушкам: «Вы думали, укол будет в руку? Укол делают в глаз. Не все выдерживают…»

И гордо иду по коридору. Не оглядываясь, чувствуя спиной, как в очереди начинает закипать тихая паника…

insidesp.ru

Навсегда избавиться от катаракты и ликвидировать ее последствия посредством хирургического вмешательства на сегодняшний день можно бесплатно. Для этих целей государство ежегодно выдает фиксированное количество квот.

В теории процедура получения талонов на бесплатное лечение выглядит не слишком сложной. На практике такой процесс усложнен огромными очередями и несовершенным законодательством в этом аспекте.

При каких заболеваниях глаз положена квота — кому сделают бесплатную операцию по катаракте?

Квота на высокотехнологическое лечение офтальмологических недугов может быть предоставлена в следующих случаях:

  • Диагностирование сочетанных дефектов глаза на фоне погрешностей в структуре роговицы, хрусталика, стекловидного тела: воспалительные явления сетчатки и/или сосудистой оболочки; кисты и новообразования; кровоизлияния.
  • Деформация cетчатки вследствие ее разрыва, отслойки.
  • Глаукома (врожденная или вторичная), которая спровоцировала разного рода осложнения: вегето-сосудистую дистонию, воспалительные процессы.
  • Дефекты, что стали результатом эндовитреального хирургического лечения.
  • Серьезная травма глаза, века при механическом/химическом воздействии.
  • Злокачественные и незлокачественные образования орбиты вне зависимости от того, присутствуют обострения или нет.
  • Врожденные аномалии компонентов органа зрения (хрусталика, роговицы, мышечной ткани, переднего или заднего сегмента глаза и т.д.), а также недостатки в структуре слезного аппарата, аномалии век.
  • Погрешности в строении передней камеры глаза, вызванные катарактой. В таком случае врач производит лазерное лечение с дальнейшим установкой интраокулярной линзы.
  • Вторичная катаракта, что привела к патологиям сетчатки, хрусталика, сосудистой оболочки. В лечении подобного недуга используют лазер. Параллельно предпринимают меры по устранению осложнений.

Этапы получения квоты на бесплатную операцию по поводу катаракты – куда обращаться и какие документы понадобятся?

Существует два метода получения квоты на хирургическое лечение катаракты глаза: через орган управления здравоохранения, и непосредственно — через государственное медицинское учреждение, где лечат глаукому.

Данный специалист назначает соответствующее обследование, за результатами которого выносится решение о необходимости госпитализации и лечении по квоте.

Следующий шаг — сбор пакета документов, который в обязательном порядке визируется главным врачом больницы, где проводилось обследование:

  1. Направление из медицинского учреждения, где пациент лечился/наблюдался.
  2. Выписка из медицинской карточки с описанием истории болезни. В конце указанного документа должна быть приписка о том, что пациенту рекомендуется провести операционное лечение катаракты.
  3. Результаты анализов. В обязательном порядке нужно пройти флюорографию, ЭКГ, обследоваться у дантиста и отоларинголога.
  4. Ксерокопия паспорта.
  5. Свидетельство об обязательном медицинском и пенсионном страховании (копии).

После сбора указанной документации пациента ожидает следующая процедура:

1.Обратиться к органу местного управления здравоохранения, при котором функционирует специальная комиссия

На вынесение данным органом решения законодательством предусмотрены сроки — не более 10 рабочих дней. Хотя по факту их редко придерживаются.

2.При положительном ответе документы пересылают в медицинское учреждение , в котором будет предоставлено высокотехнологическое лечение катаракты.

При любой подобной больнице существует «квотный комитет». Здесь опять-таки в течение 10 рабочих дней должно пройти заседание, главная тема которого — дата госпитализации. Сроки не всегда соблюдаются: ждать приходиться довольно долго.

3.О принятом решении квотный комитет информирует куратора из органа управления здравоохранения , а он, в свою очередь, в течение трех недель связывается с пациентом и назначает ему встречу.

4.Завершающий этап официальной процедуры, связанной с получением квоты на бесплатную операцию по поводу катаракты — получение пациентом документа , в котором прописаны название клиники и дата госпитализации.

Можно ли ускорить получение квоты на операцию при катаракте?

Существует несколько методов, которыми можно воспользоваться, чтобы ускорить процесс получения квоты.

Они не всегда являются действенными, однако попытаться все же стоит:

1.При подаче пакета документов в региональный орган управления здравоохранения пациенту следует указать конкретное медицинское заведение , в котором он хочет оперировать катаракту. Естественно, такое учреждение должно входить в общий перечень заведений, которые предоставляют высокотехнологическую медицинскую помощь по квоте по офтальмологическим патологиям. Может быть такое, что квот в данной больнице уже нету. Выяснить этот момент можно, связавшись с квотным комитетом указанного учреждения. После подачи документов следует регулярно связываться с куратором из комитета управления здравоохранения по поводу результатов рассмотрения документов.

2. Предоставить пакет собранных документов непосредственно в учреждение, в котором пациент желает лечить катаракту хирургическим путем . Действие квоты распространяется лишь на государственные клиники. Если же операция предусматривает установку имплантата, бесплатно можно получить лишь изделие отечественного производства: за импортные имплантаты надо платить.

Если у выбранного заведения имеются квоты (очень часто их разбирают еще в начале года), пациенту необходимо предоставить им тот же пакет документов, который нужен в случае обращения в региональный орган управления здравоохранения.

В некоторых случаях медицинское заведение назначает дополнительное обследование, после чего проводится заседание квотного комитета и выносится решение о дате госпитализации. Копию документа отправляют в комитет управления здравоохранения. Подобная процедура экономит время и ускоряет лечение.

В этом случае расходы на хирургическое вмешательство покроются из регионального бюджета того города, где прописан пациент.

3. Если требуется срочная операция, не следует ориентироваться на самые лучшие больницы города (особенно это касается клиник Москвы и Санкт-Петербурга). В подобных учреждениях огромные очереди на бесплатное лечение и ждать, скорее всего, придется несколько лет.

4. При необходимости срочного хирургического вмешательства пациент может оплатить процедуру самостоятельно , и в будущем попытаться вернуть деньги путем обращения в Министерство здравоохранения. Где и как найти деньги на операцию — все легальные способы собрать денег на лечение

www.operabelno.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*